«Лекс»

ЧТО НАМ СТОИТ ХОЛДИНГ СТРОИТЬ

ЧТО НАМ СТОИТ ХОЛДИНГ СТРОИТЬ
 

Е. КУЛИКОВА, А. ГОНИН

 
В последнее время вопросы создания и правового регулирования деятельности холдинговых образований становятся все более актуальными. И этому есть свое объяснение - в настоящее время все больше организаций осуществляют предпринимательскую деятельность в составе холдинговых объединений. Главными задачами создания холдинга являются построение эффективной системы управления входящих в него организаций, минимизация рисков и увеличение прибыли холдингового образования и снижение затрат. В связи с этим при создании структуры холдинга необходимо оценить те правовые конструкции, которые позволят добиться этих целей.
 

Управляющая компания

 
Одним из способов повышения управляемости холдинга в целом является замена исполнительного органа управления дочерних обществ одной или несколькими управляющими компаниями. При этом управляющей компанией выступает основное общество либо для этих целей основное общество создает дочернюю организацию (как правило, со 100% или контрольным участием).

Такая тенденция наблюдается в крупных холдингах (например, в РАО "ЕЭС России"). Однако использование данной правовой конструкции сопряжено с рядом проблем правового характера.

Напомним, что вопрос передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании относится к компетенции высших органов управления хозяйственных обществ (общего собрания акционеров либо участников). При этом ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) предусматривает, что указание на возможность передачи полномочий должно содержаться в уставе общества.

Кроме того, согласно абз. 3 п. 1 ст. 69 ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об АО) такое решение принимается общим собранием акционеров только по предложению совета директоров.

Определенные проблемы при назначении управляющей компании холдинга могут возникнуть, если рассматривать передачу полномочий единоличного исполнительного органа как сделку (как правило, общество заключает с управляющей компанией договор об оказании услуг). В большинстве случаев в совершении такой сделки будет иметь место заинтересованность основной компании.

Как было отмечено выше, большинство основных обществ создают управляющие компании с контрольным участием, т.е. в сделке по передаче полномочий единоличного исполнительного органа дочерней компании управляющей организации будет иметь место заинтересованность материнской компании как основного акционера каждой из сторон сделки (ст. 81 Закона об АО).

В результате может сложиться неоднозначная ситуация. С одной стороны, общим собранием акционеров принято решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации. С другой - передача полномочий может быть заблокирована как сделка с заинтересованностью, так как основное общество не будет принимать участие в голосовании как акционер, заинтересованный в совершении сделки.

Если же общество ограничится рассмотрением первого вопроса о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации, существуют риски, что передача полномочий управляющей организации будет обжалована миноритарным акционером на основании п. 1 ст. 84 Закона об АО.

Следующим препятствием при передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации может стать необходимость согласования данного вопроса в ряде случаев с антимонопольным органом. В соответствии со ст. 18 Закона РСФСР "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" приобретение лицом прав, позволяющих выполнять функции его исполнительного органа, осуществляется по согласованию с антимонопольным органом.

При этом предварительное согласие требуется, если сумма стоимости активов по балансу приобретателя прав (управляющей организации) и стоимости активов по балансу хозяйствующего субъекта, в отношении которого такие права будут приобретены, превышает 200 тысяч МРОТ. Если же эта сумма активов превышает 100 тысяч МРОТ, но менее 200 тысяч МРОТ, антимонопольный орган подлежит уведомлению в течение 45 дней с момента передачи полномочий управляющей компании.
 

За что ответит управляющий

Другим актуальным вопросом в деятельности управляющих компаний является ответственность управляющего за убытки, причиненные обществу в результате ненадлежащего управления.

Существует мнение, что на отношения управляющей организации с управляемым обществом распространяются положения п. 3 ст. 6 Закона об ООО и п. 3 ст. 6 Закона об АО о том, что основное общество, которое имеет право давать дочернему обществу обязательные для него указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний.

Мы не согласны с данной позицией по нижеизложенным основаниям. Согласно ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы. В связи с тем что управляющей компании переданы полномочия единоличного исполнительного органа, при заключении сделок воля управляющей компании есть воля управляемого общества. Управляющая компания не определяет решения управляемого общества, а реализует их. Следовательно, положения об ответственности основного общества не подлежат применению к правоотношениям с участием управляющей компании, так как они предусматривают наличие двух самостоятельных субъектов права, один из которых оказывает влияние на волеизъявление другого лица.

Ответственность управляющей компании реализуется в соответствии со ст. 71 Закона об АО: управляющая организация несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу ее виновными действиями (бездействием).
 

Препятствие для бизнеса

В силу положений Закона об АО и Закона об ООО, касающихся вопросов заинтересованности при совершении сделок, все сделки, совершаемые между участниками холдинга, являются сделками с заинтересованностью основного акционера (участника) и требуют специальной процедуры одобрения.

Вопрос совершения сделок внутри холдинговых образований требует специального правового регулирования.

Понятны цели правового регулирования при совершении сделок с заинтересованностью - пресечение заключения компанией невыгодных договоров в интересах отдельных лиц, которые наделены теми или иными управленческими полномочиями. Однако не вполне нормальной представляется ситуация, когда основная компания не имеет юридической возможности выстроить финансово-хозяйственные потоки внутри холдинга по своему усмотрению. Ведь даже тогда, когда сделки заключаются по рыночной цене, все поставлено в зависимость от воли миноритарных акционеров (участников), в том числе и в случае, когда им принадлежит совсем небольшой процент уставного капитала.
 

Совет на страже вертикали

Одна из составляющих системы управления холдинговой структурой - усиление компетенции совета директоров дочерних обществ с одновременным ограничением компетенции исполнительного органа. Обычной практикой является ограничение исполнительного органа в вопросах участия в других компаниях, совершения отдельных сделок с ограничением по видам и/или по сумме и пр.

Вместе с тем зачастую без должного внимания остается персональная ответственность самих членов совета директоров - как правило, сотрудников материнской компании (в частности, на основании ст. 71 Закона об АО). Если голосование директора по тому или иному вопросу повлекло убытки "дочки", он не сможет сослаться на то, что голосовал в соответствии с указаниями компании, которая его выдвинула в совет директоров.

Встречаются ситуации, когда внутренними документами основного общества предусматривается, что органы управления основного общества вправе давать обязательные указания своим представителям в дочерних обществах. Например, в уставе ОАО "Мосэнерго" определено, что к компетенции совета директоров общества относится "определение позиции Общества (представителей Общества) по следующим вопросам повестки дня общих собраний акционеров и заседаний советов директоров дочерних и зависимых хозяйственных обществ (в том числе характера голосования по вопросам повестки дня)... " <*>.

--------------------------------

<*> Документ взят с интернет-сайта - www.mosenergo.ru.

 
Между тем члены совета директоров дочернего общества, выдвинутые материнской компанией, не являются ее представителями в дочернем обществе. Членами совета директоров в силу п. 2 ст. 66 Закона об АО могут быть только физические лица. Следовательно, членами совета директоров являются непосредственно сами избранные в него физические лица, а не выдвинувшая их организация.

Отсюда вытекает, что рассмотрение соответствующих вопросов на совете директоров материнской компании не повлечет за собой формальной обязанности членов совета директоров "дочки" голосовать в соответствии с выработанной позицией.

В качестве заключения хотелось бы сказать, что эффективность избранного способа управления будет зависеть от четкого анализа менеджментом основного общества целей, достижение которых ставит перед собой холдинговое образование, и рисков, возникающих в связи с избранием каждого из способов управления.